Чулпан Хаматова
 
Новости  
Биография  
Театр  
Кино  
Другое  
Фотографии  
Интервью  
Ссылки  
Форум  
О Фонде  
 
Подари жизнь
 


  

 

 

 

     
Чулпан Хаматова > Интервью и статьи о Чулпан Хаматовой > Чулпан Хаматова, Максим Суханов. В своем времени


 
 

Чулпан Хаматова, Максим Суханов. В своем времени

Сложно найти людей менее схожих, чем Чулпан Хаматова и Максим Суханов. Однажды их объединил фильм "Страна глухих". Сегодня все, кому надо, знают о "Хлестакове" и "Сирано де Бержераке", "Трех сестрах" и "Трех товарищах", о "24 часах" и "Лунном папе". О том, что свекровь Чулпан - актриса Ольга Волкова, а режиссер Максима - Владимир Мирзоев. Они оба очень разные, и сейчас объединяет их успех. Первой на интервью пришла Чулпан.

Чулпан, мы встречались с Вами года четыре назад. Тогда Вы сияли, Вас переполнял восторг, а сейчас Вы настороженны и собранны. Что произошло? Вы изменились, распрощались с большинством своих иллюзий?

Чулпан: Естественно, напрашивающийся ответ "Да!", но я очень бы не хотела в это верить. Тогда мне было 20 лет, сейчас 25, многое изменилось, я стала более закрытой. Тогда все было впервые: первый театр, первая роль, первая возможность выйти на сцену, а сейчас, возможно, слегка притупились ощущения. Но, повторяю, я бы не хотела верить в худшее.

В кино Вы сначала снялись у Абдрашитова во "Времени танцора". Почему успех пришел после "Страны глухих"?

Чулпан: "Время танцора" - более сложный фильм. "Страна глухих" рассчитана на молодую публику, она динамичнее снята, саунд-трек лучше, картина ярче, промоушен был другой, и время было другое. Мне обидно, конечно, за то, что в "Стране глухих" я просто не успевала особенно подключиться к тому, что происходило, я ничего не понимала, мне просто было в кайф, все нравилось, вот Дина, вот Максим, Валера, атмосфера: Хотя крепкое кино получилось, красивое, его хочется смотреть. И все же такого бума я, конечно, не ожидала.

Насколько я знаю, желая получить роль у Абдрашитова, Вы обмазались автозагаром, каблуки надели и готовы были, падая, идти на этих каблуках на "Мосфильм", лишь бы получить эту роль. Пошли бы Вы на такие меры сейчас?

Чулпан: Конечно. Свою роль в "Лунном папе" я тоже не получила бы, если бы не была так противна и навязчива режиссеру. Он-то считал, что я мелкая, субтильная. Уже мне и грим сделали, и сказали, что ничего не получится - слишком европейское лицо. Я сама настояла на том, чтобы сделали пробы, они шли чуть ли не восемь часов, и, пока эти пробы не посмотрели продюсеры, ничего не произошло.

То есть Вы дрались за эту роль. Мне сложно представить Вас в борьбе. Кажется, что Вы, наоборот, заговорите, очаруете, мягко, женственно.

Чулпан: Вот чем я совершенно не владею, к сожалению. Только когда со стороны мне кто-то скажет: "Ну ты что, не видишь, это же совершенно бесполезно!" Тогда я еще задумываюсь и начну просчитывать то, что не просчитывала никогда. А так я иду напрямую, напролом. Если, конечно, есть смысл. Просто так я не борец.

Чулпан, Вы очень уравновешенны в своих рассуждениях. Однако как-то взяли и протаранили на дороге девицу, которая вызывающе ехала на дорогой машине. Как одно сочетается с другим?

Чулпан: Ну, что касается рассудительности, то интервью - это всегда лишний повод порассуждать. Одна я, конечно, так не сажусь и не задаю себе кучу вопросов. Хочется казаться милой, рассудительной, почему бы не надеть эту маску перед журналистом? А девушка на дороге: да, я ее действительно стукнула. Так нельзя хулиганить, она сама была виновата. Я в какой-то момент поняла, что могла бы ее так стукнуть, что были бы огромные проблемы. Можно же было ее остановить, поговорить, намекнуть. А такой всплеск собственных эмоций - это же от слабости внутренней. Что делать, у меня как будто пружина свернутая спрятана внутри. Это моя плохая черта - спонтанность.

Ну а кто, наоборот, воспримет это как поступок человека, ничего не боящегося и поступающего так, как ему в этот момент хочется.

Чулпан: Это большое заблуждение - может, нашего времени, а может, и на все времена. Почему цинизм стал так моден в какой-то момент? В нем виделась смелость, раскованность, а для меня это трусость и слабость человека, который может только ерничать в компании. Мне всегда жалко этих людей, все это мелкое, напускное, внешнее, а там внутри маленький, слабенький, беззащитный росточек: Самые смелые люди - это те, кто не перестает улыбаться, не перестает выходить на улицу, если их толкнули локтем. Я бы хотела к этому стремиться. В этом сила.

Не могу не спросить об изменениях в Вашей личной жизни. Вы шесть лет назад вышли замуж и вошли в новую семью. После этого и Вы, и Ваша свекровь, известная актриса Ольга Волкова, во многих интервью говорили о том, как счастливы Вы теперь вместе. Не ревнует ли Ваша семья и, главное, Ваша мама?

Чулпан: Она мудрая женщина, она понимает, что публике интересно читать о том, как мы тремся на одной кухне с такой грандиозной актрисой, как Ольга Владимировна Волкова. Думаю, что не ревнует.

У Вашего мужа Ивана Волкова мама - известная актриса, отец - известный актер, жена - известная актриса. Не создает ли это дополнительных проблем во внутрисемейном общении?

Чулпан: Это все очень странно. Я уже снялась в "Стране глухих", у меня уже все менты брали автографы, я приезжала к нему в Лондон, и там меня представляли как жену Вани Волкова. Когда он приезжал сюда, про него говорили: муж Чулпан Хаматовой. Все так относительно. В Лондоне я даже на сцену не могла выйти, меня не пускали, не доверяли. Я там что-то делала за сценой, убирала, подметала, шила, и все было нормально, потому что было нечто главное, из-за чего я приезжала к нему. Мы никогда не подсчитывали наших рейтингов. Мы оба нормальные люди, и мы остаемся мужем и женой.

В этот момент подошел Максим. Отказался от сигарет - полтора года назад бросил. Говорит, до сих пор не может с этим смириться. Удвоили количество кофе, беседа потекла дальше.

На мой взгляд, Вы все-таки в чем-то похожи. Например, Вы оба до сих пор не снимались ни в рекламе, ни в сериалах, хотя это, во-первых, гарантированный успех у широкой аудитории и, во-вторых, хорошие деньги. У каждого из Вас на то, чтобы не сниматься, есть причины. Какие?

Чулпан: У меня не было ни разу интересной роли ни в рекламе, ни в сериале. А вот внутреннего запрета или табу, мыслей о том, что это как-то плохо влияет на дальнейшее восприятие меня как актрисы, у меня нет. Я считаю, что и кино, которое пройдет большим тиражом и будет показано по телевизору несколько раз, может принести тот же ярлык, который можно заработать в рекламе или сериале.

Максим: Я уверен, что реклама ассоциируется не с тем образом, который создает актер, а, прежде всего с самим актером. Иначе приглашали бы не артистов, а просто красивых и интересных людей, что, кстати, часто с успехом и делается. А когда зовут актера, тем более известного, заинтересованы в нем, и только в нем. Мне кажется, когда актер соглашается на такую работу, это неправильно. Неправильно, потому что аура, мерцающая вокруг актера, тем самым разрушается.

Вы относите это лично к себе или считаете это общим правилом для актеров?

Максим: Мне хотелось бы, чтобы так было для всех, но мне много чего хотелось бы. Я понимаю, что не нужно давить на людей и сподвигать их на то, что тебе кажется хорошим, а им, возможно, наоборот, плохим. С другой стороны, если бы у меня был свой театр и я в нем был бы главным режиссером, я бы не хотел, чтобы мои актеры снимались в рекламе. Но тогда я должен был бы им такую жизнь предложить, чтобы они даже не смотрели в ту сторону. Тираном нужно быть до конца - уметь сначала всех обеспечить, за что потом уметь со всех спросить. А что касается сериалов, наверно, я еще не прочитал такой истории, в которой мне захотелось бы сниматься. Нужно влюбиться в роль, в историю.

Я теряюсь в догадках - чем же Вас тогда так очаровал Ваш Будильник из фильма "Женщин обижать не рекомендуется"? Эту роль мог сыграть любой актер, зачем Вы согласились?

Максим: Даже не знаю, что ответить: Любые слова в свете такого вопроса будут выглядеть как оправдание. Мне-то кажется, что актеру надо сниматься и играть, а не оправдываться. Или сначала насниматься всласть, а потом всласть отказываться. Вот теперь я читаю сценарии и отказываюсь. А тогда, соглашаясь на съемки в фильме "Женщин обижать не рекомендуется", помимо всего прочего, я не мог отказать себе в удовольствии поработать вместе с верой Глаголевой.

И Вы, Максим, и Вы, Чулпан, оба стремительно и незапланированно для самих себя вошли в профессию. Возможен ли для Вас такой же незапланированный выход из нее? Или это дело на всю жизнь?

Максим: Я думаю, что возможен. Здесь даже особенно размышлять не нужно.

Вот сейчас, когда Вы так успешны, Вы так легко говорите об этом?

Максим: Ну чем же я так особенно успешен?

У Вас есть работы, у Вас есть новые спектакли, у Вас полные залы и удачные премьеры. Чего стоит "Сирано де Бержерак"!

Максим: Спектакли у меня были всегда. Как только я оказался в театре, сначала в "Ленкоме", а затем в Вахтанговском, я играл всегда. У меня в год была одна новая роль, и я со всеми ними справлялся. Кроме, может быть, двух, которые были мне неприятны. Это были плохо сыгранные роли. Все остальное было сделано хорошо или очень хорошо. Что касается успеха в кино, он есть, наверное. Но то, что я уже три года не снимаюсь нигде, на мой взгляд, не говорит об успехе.

Тем не менее вы так уверены в том, что Вы можете сознательно расстаться с любимым делом?

Максим: Сознательно я могу перестать что-то делать. Но не все контролируется сознанием. Когда я выпускаю новую роль в театр, после долгих репетиций и премьеры у меня ощущение, что мне больше играть нечего. Сначала это быстро проходило, теперь после очередной премьеры я чувствую, что уже все сыграл, и на несколько месяцев меня, словно дым, заполняет опустошение. Почему я должен зарекаться от того, что однажды это не затянется на год, два или значительно дольше?

И я все-таки не понимаю, с сожалением Вы об этом говорите или философски?

Максим: Это все равно, что думать с сожалением о том, что уходят годы. Я отношусь к этому как к чему-то естественному.

Чулпан, не секрет, что Максим совмещает несовместимое - бизнес и артистическую карьеру. Как Вы считаете, не страдает ли одно от другого?

Чулпан: По поводу Максима я могу сказать только то, что это грандиозно. У меня самой нет серьезного отношения к нашей профессии - к сожалению, а может, и к счастью. Это значит, что для меня съемка в одном фильме - это возможность год играть в театре. Но ведь и не все роли компромиссные. Поэтому совмещать кино и работу в театре, бизнес и работу в театре - по мне, так это здорово.

Актер - профессия зависимая. От режиссера, обстоятельств, продюсеров. Как Вы думаете, зависимость женщины-актрисы острее?

Максим: Конечно, я думаю, что женщина менее защищена. У этой незащищенности много причин, например уже то, что женского репертуара значительно меньше, чем мужского. И то, что происходит в театре с распределением ролей и с подготовкой того или иного спектакля, женщине, с ее более тонкой организацией, сложнее переживать. Организм либо выдержит, либо нет. Если нет, закроется и окаменеет, а если выдержит - все равно начнутся личностные мутации. Плохо и то, и другое. На мой взгляд женщине…

…вообще не следует заниматься этим делом?!..

Максим: Ну, мы сейчас, конечно, смеемся над этим, но играть женщине на сцене значительно сложнее, чем мужчине. Сама природа так распределила - игра органична для женщины. Я имею в виду жизнь, а не театр. В театре совсем другие законы и совсем другая игра. Играя в жизни, начинаешь играть еще и в театре - это слишком. Тем самым женщина обеспечивает уход от себя самой. Это не органично. А все, что не органично, - не соблазнительно.

Чулпан: Это не очень личностно. Сейчас мне необходимо выходить на сцену для того, чтобы выплеснуть энергию. Может быть, настанет день, когда я рожу ребенка, и тогда театр станет мне мешать, появится что-то более нужное, а театр останется лишь приложением.

Максим: На самом деле это большой вопрос, и то, о чем говорит Чулпан, это не полемика. Актеру, чтобы достичь правильного уровня владения эмоциями, необходимо мыслить аналитически. Мужчина не владеет той сверхъестественной интуицией, которая свойственна женщине. Ей-то в принципе не нужен этот анализ, она так много чувствует, что мужчине никогда, даже в самом тонком анализе, не приблизиться к уровню ее разбора и понимания. Но ей необходимо уметь оценивать не эмоционально, а аналитически. Нужно уметь быть немного мужчиной для того, чтобы быть хорошей актрисой. В равной степени это относится и к мужчине, в нужный момент в нем должно включаться женское начало. Тогда роли получаются богаче, объемнее, и такой театр интереснее и тем, кто в нем участвует, и тем, кто в него приходит.

Были ли у Вас ситуации на съемочной площадке или сцене, когда Вы были на грани ухода из профессии?

Максим: Нет, но у меня такое чувство бывает, когда я смотрю чужие спектакли, сидя в зале. Правда. Причем не со злорадством, а с расстройством. Смотришь и думаешь, неужели такое же может быть, когда на сцену выходишь ты. Из-за этого я редко хожу в театр, вернее, хожу на то, что заведомо доставит мне удовольствие. И то случаются промахи. Я думаю, мне и не надо это делать - часто ходить в театры.

Чулпан: У меня такие чувства связаны были не с внешними обстоятельствами, а с внутренними. С усталостью. Необходимо было отсидеться, отлежаться, это было временное состояние. Но вот так глобально, чтобы я почувствовала, что нет смысла в моей профессии, такого не было. И я как раз очень люблю ходить в театры, и мне в этом смысле нужно немного - даже какие-то маленькие удачные нюансы, замеченные на сцене, меня радуют. Когда совсем плохо, я не могу не видеть этого, а если не очень плохо, я наблюдаю и сама начинаю проигрывать роль. Иногда уже не смотрю спектакль, а что-то такое себе придумываю. Потом странное чувство остается - вроде и спектакль понравился, а оказывается, что сама себе в нем понравилась, как ты там все придумала.

Максим, Вы позволяете себе о том, что Вам не нравится, говорить открыто, заботит ли Вас недоброжелательность людей?

Максим (смеется): Не могут никакие козни вестись против меня! Когда я говорю, что мне что-то не нравится, я тут же пытаюсь максимально доходчиво объяснить, почему мне это не нравится. Кроме того, я стараюсь говорить о том, что мне не нравится, только тогда, когда это имеет ко мне какое-то отношение. В противном случае я молчу, поверьте. Но если фильм, спектакль или фотосъемка требуют моего участия, я позволяю себе высказать свое мнение, поскольку это уже касается меня и моего творчества.

То есть Вы предпочитаете заранее ставить все точки над "i"?

Максим: Да, конечно, я считаю, что обо всем можно договориться на берегу. И тогда это уже не критика, а период тщательного отбора и обсуждения того, что всех устроит и всем потом будет нравиться. Я выдвигаю свои условия, но точно так же они могут быть выдвинуты и мне.

Это принцип не только творческий, но и личной жизни?

Максим: Конечно: Мне вообще кажется, что большинство мужчин и женщин так неспокойно живут из-за того, что, во-первых, не умеют разговаривать, а во-вторых, договариваться. На мой взгляд, обозначенные правила не делают жизнь мужчины и женщины менее захватывающей. Как раз наоборот, они только расширяют возможности общения.

 
   
   
 
 

Объявления



Дорогие гости сайта! Если у вас есть старые журналы или газеты с интервью Чулпан Хаматовой, фотографии, старые театральные программки и т. п., или вы знаете, где такие материалы можно найти – пожалуйста, напишите нам: info@khamatova.ru. Давайте вместе сделаем сайт интереснее!

 

 

 
   

 

 

     Сайт является неофициальным.
     Авторы сайта не знакомы с Чулпан Хаматовой и не имеют
     возможности передавать ей какую-либо информацию или получать ее.

     Если Вы желаете сообщить ей что-либо лично, обращайтесь

     на официальный сайт театра "Современник".