Чулпан Хаматова
 
Новости  
Биография  
Театр  
Кино  
Другое  
Фотографии  
Интервью  
Ссылки  
Форум  
О Фонде  
 
Подари жизнь
 


  

 

 

 

     
Чулпан Хаматова > Интервью и статьи о Чулпан Хаматовой > ''Бороться за свою правду''


 
 

''Бороться за свою правду''

Ведущая актриса театра «Современик» Чулпан Хаматова известна зрителям благадаря многочисленым ролям в российских фильмах «Время танцора», «Страна глухих», «Лунный папа», «Рождественская мистерия», «England!», «72 метра», «Греческие каникулы», «Гибель империи», «Меченосец», "Гудбай, Ленин!", "Дети Арбата" и многим другим. Чулпан человек ищущий, не равнодушный, требовательный к себе человек и при этом очаровательная женщина. Наша встреча в Лондоне и интервью еще раз позволило нам убедится в том, что если Чулпан берется за дело, то она отдает этому все свои силы.

Сказать, что ваша карьера была стремительной – ничего не сказать. Буквально с первых ролей вы стали очень популярной.

- Моя первая роль была в фильме «Время танцора» Вадима Абдрашитова, и эта роль - моя любимая. Хотя после работы в нем ничего не последовало: критики поплевали, зрители не смотрели, проката не было. Фильм незаслуженно так и остался в тени, став моим прекрасным воспоминанием. Потом был фильм «Страна глухих», который прошел мимо меня. Когда Валера Тодоровский утвердил меня на роль, я училась на выпускном курсе и была очень занята в главных ролях в нескольких спектаклях: «Дневник Анны Франк», «Сверчок на печи» по Диккенсу, Дуня Раскольникова и еще куча танцевально - массовочных дел в своем театре, где я училась и работала. Сами съемки помню очень плохо, это было как в тумане.

Но картина прогремела. Вы остались ею довольны?

- Картиной да, собой недовольна. Я поняла, что браться за 800 проектов одновременно, даже если кажется, что ты справишься, нельзя. Надо было отказаться либо от Тодоровского, либо от театра. Но в тот момент, будучи еще студенткой и получив роль у самого Тодоровского, я не нашла силы произнести «нет». Я работала насколько хватало сил. Это был прекрасный этап в моей жизни. Именно тогда я поняла, что в нашей профессии все зависит от тебя, что слова «чудо» здесь не существует. Если ты надеешься только на режиссера, что он поменяет сценарий, что при монтаже сделают так, чтобы ты выглядела достойно, то чуда не будет. Это был замечательный урок для меня. Надо твердо понимать, что ты делаешь, надо настаивать на своей позиции, убеждать режиссера, надо биться до конца. В этой профессии надо много работать и бороться за свою правду.

После этого вы стали самой желанной актрисой?

- Перед фильмом «Лунный папа» у меня был очень сложный кастинг. Сначала режиссер не хотел меня брать. А если ты «просыпаешься знаменитой», то слова «кастинг» для тебя уже не существует. Хотя для меня кастинги существуют по-прежнему. На съемки мы уехали в Таджикистан на долгих девять месяцев. Жили в деревне, и меня все устраивало. Когда я вернулась в Москву, то впала в депрессию, потому что не знала, как жить в таком большом городе. В пустыне и деревне мне было уютнее.

Ваши роли настолько разные, сложные, эмоционально насыщенные. Каждый герой – сложный психологический портрет. Как вы справляетесь с такой психологической нагрузкой?

- Если бы я не была актрисой, то, наверное, сошла бы с ума. Видимо, так устроено мое тело - оно требует нагрузки. Когда подскакивает адреналин, то ему нужен выход, иначе я бы взорвалась, как бутылка шампанского. Даже когда я очень устаю и эмоционально полностью выкладываюсь, я получаю от этого удовольствие. Моя героиня в спектакле Кирилла Серебренникова «Голая пионерка» все время существует на грани нервного срыва. Вначале у нее погибают родители, затем умирает любимый, погибает командир, который ей как отец, на глазах расстреливают пол-отряда… Потом у нее случается выкидыш, она теряет ребенка, которого очень ждала. Количество жутких событий, происходящих за час двадцать минут сценического времени, просто ужасает. Все ругают Кирилла за это. Особенно мои друзья и учителя. Но это не так. Это правда жизни. Даже в тот момент, когда я играю все эти депрессивные вещи, понимаю, для чего это делаю. Если после спектакля чувствую себя как обмылок, я знаю, что выложилась полностью и спектакль сегодня удался, тогда я совершенно счастлива.

У вас что ни работа, то эпохальное событие. Каково было браться за роль Пат в спектакле «Три товарища»? Критика писала, что единственная удачная роль в спектакле – это Пат, которую играете вы.

- Это была моя первая роль в театре, я волновалась и дергалась. Думала: «Вот все знают «Страну глухих», придут: ну давай, показывай». Я очень серьезно занималась голосом и речью, боялась попасться на клише, когда киноактриса приходит в театр и ее не слышно и непонятно, что она там делает. Я только что вернулась со съемок «Лунного папы». Там у нас была совсем другая система жизненных координат. Съемки были в пустыне, группа – интернациональная, и в конце у нас у всех было такое ощущение, что мы прошли войну в прямом и переносном смысле. Работа в спектакле спасла меня, помогла вынести бремя популярности, когда у тебя сносит крышу и тебе кажется, что ты пуп земли. Вернулась в Москву с пониманием того, что должна выжать все возможное из сложившейся ситуации. А ситуация была такова – я на сцене «Современника», обожаемого мной с детства. У меня замечательные партнеры, режиссер – Галина Борисовна Волчек, отличный материал для старта. И я решила, что ничего никому не буду доказывать, просто получу удовольствие от работы. Может быть, поэтому у меня что-то получилось.

Как вы оказались в «Современнике». Как вам удалось попасть в этот звездный коллектив?

- После института я показывалась в разные театры, меня брали на Таганку, но у меня была идея-фикс – попасть в «Современник». Но они не смотрели актрис. Я снималась с одним известным актером, который играл в этом театре, и попросила его устроить «смотрины». Хотела просто показаться. Он мне сказал: «Даже не думай, забудь и не расстраивайся. Это не твой театр». Прошло полгода, я приехала из Таджикистана, где шла война. Сережа Бодров пригласил меня в прямой эфир программы «Взгляд», и мы говорили о войне. На следующий день мне звонят из «Современника», и дама говорит, что мне предлагают главную роль в спектакле «Три товарища». Я была в шоке. Пришла в театр. В кабинете сидела та самая Галина Борисовна Волчек. Она сказала: «Привет, вот пьеса, мы уже репетируем полтора месяца, присоединяйся. Смотреть тебя мне ни к чему. Я вчера твои глаза в программе «Взгляд» видела. Я бы тебя и так взяла, а ты еще к тому же и актриса». А мне надо было возвращаться в Таджикистан к съемочной группе. Галина Борисовна сказала, что подождет. Это было ощущение абсолютного счастья! Я не могла поверить, что так бывает! Я шла домой как пьяная. Я вцепилась в роман, взяла его с собой в Таджикистан и не расставалась с ним. Они меня дождались. Мы все лето репетировали, и осенью вышел спектакль. Это судьба, что Бодров меня пригласил во «Взгляд», что Волчек смотрела программу.

Когда вы соглашались на съемки в фильмах по таким произведениям, как «Доктор Живаго», «Казус Кукоцкого», вы не боялись, что у зрителей уже сложился свой образ героев и вы можете просто не совпасть с ним.

- После съемок в «Докторе Живаго» я как-то ехала в машине и слушала радио, где как раз говорилось о нашем фильме, о том, какая на самом деле должна быть Лара. Как меня там пропесочили! Ни одного доброго слова не услышала. Но я знала, что так будет, шла на это сознательно. Между прочим, вначале я не соглашалась на эту роль, но Прошкин предложил попробовать. К тому же сценарий Арабова был шикарный. Я решила: не будут играть Лару такой, какой они, зрители и читатели, хотят ее видеть. Моя Лара – не олицетворение всей России, не вечная Женственность, мы ушли от всяких клише. Работать было интересно и очень азартно. Поэтому я сидела тогда в машине, слушала и думала: «Ругаете! Значит, мне удалось сделать то, что хотела!» Это очень азартно!

Сложно ли играть в картинах, охватывающих большой исторический диапазон, как, например, в «Детях Арбата» или «Казус Кукоцкого»?

- «Дети Арбата» - одна из моих любимых картин, это серьезная режиссерская и актерская работа. Мне совершенно не стыдно за нее. Интересно когда ты стартуешь в одном качестве, набираешь за картину обороты, показываешься с разных сторон и приходишь к концу другим персонажем – это подарок для актера.

Я вас видела в спектакле "Мамапапасынсобака", где показана взрослая жизнь глазами детей. В спектакле вы играете тинэйджера. Я была поражена вашей естественностью…

- Это самое сладкое для актера – острая характерная роль. Тогда ты находишь «фенечки» и спецэффекты в голосе и теле для роли. Дальше ты прикладываешь собственное отношение к этой проблеме. У меня двое детей, и мне страшно, что однажды они увидят меня глазами детей из этого спектакля. Страшно за детей, у которых острый недостаток любви и внимания, они брошены одни в песочнице и превращаются в монстров. Спектакль было легко делать - мы отрепетировали его за полтора месяца с шутками-прибаутками. Потому что это был такой отличный материал! В этом спектакле все актеры сами импровизировали, режиссер нам помогал - это был такой капустник. Мы репетировали с утра до ночи. В театре у меня больше не было случая, когда все артисты дышали одним воздухом, как единый организм.

Режиссер подсказывает актеру нюансы, или вы проживаете роль и находите ресурсы в себе?

- Режиссер должен быть уровня Тарковского, если мы говорим о кино. В кино можно достичь того же уровня накала, что и в театре, не используя актерские данные. Кино - это более визуальное искусство. Эта картинка, кадр, который по красоте, жестокости или экспрессивности может вызвать те эмоции, которые не сможет вызвать артист. Это режиссерское искусство. Театр - более сиюминутное и эмоциональное искусство.

Ваша карьера сложилась не благодаря тому, что вы были замужем за членом звездной семьи… Ваш первый муж - сын Николая и Ольги Волковых, которых знают и любят.

- Семья Волковых не толкала меня везде, несмотря на слухи. Николай Волков - гениальный актер и учитель. Он приходил и смотрел меня на дневных спектаклях и песочил меня за них вечерами - это многое значило и многого стоило. Мы жили в доме с Ольгой Волковой. В этом доме с утра до ночи говорили о творчестве. В Казани я была тихая, начитанная, скромная. Я понимала Достоевского от и до и не понимала Хармса. Именно Ольга Волкова растеребила во мне какие-то комедийные способности, и я стала по другому воспринимать юмор. Мы и сейчас продолжаем общаться и с Ваней, и с его новой женой Олесей.

У вас две дочки…Они погодки. Насколько вы видите себя в них?

- У них так смешно разделились характеры. Во мне сочетаются и интроверт, и экстраверт. В большой компании я довольно закрыта. Но если это друг, то меня не остановить, я говорю без умолку. Моя старшая дочь может говорить с чужим человеком обо всем, пытается вытянуть все из собеседника, она открыта. Младшая очень собрана, она внутри себя, стеснительна.

Вы организовали с Диной Корзун благотворительный концерт. Как возникла эта идея? Как удалось привлечь известных людей для бесплатного участия?

- Я была ведущей на одном благотворительном концерте. Представляла номера классической музыки, собрали очень мало средств. Я пожаловалась Дине. «Давай делать свой концерт», - сказала она. Мы выбрали детей, больных лейкемией, потому что их можно вылечить, если начинать лечить в детстве. Нашим друзьям-врачам давно снилась идея такого концерта, они знают, как к этой проблеме относятся в Америке и Европе. Там общество готово к тому, чтобы приходить на концерт и тратить деньги на благое дело. Это не обязательно должны быть пожертвования олигархов. Средний взнос всего10-17 долларов, а собирают миллионы. Они мечтали, чтобы и в России устроили совместный концерт, чтобы можно было бы вывести на сцену детей, которые были больны раком, но выздоровели. Чтобы люди увидели, что это не приговор, что это можно успешно лечить. Потом эти дети могут учиться, делать карьеру, рожать здоровых детей и прожить столько, сколько суждено.

Как реагировали на предложение русские артисты?

- Они говорили «без вопросов», «конечно», «я - ваш»... Пока есть силы и возможность, нужно этим заниматься. «Современник» пошел навстречу и дал бесплатно сцену. На улице стояли экраны и четыре куба, куда люди могли положить деньги. Они смотрели концерт и вносили свою лепту. Это наш первый опыт. В нашем обществе это все в зачаточном состоянии. Я была на концерте в усадьбе Спенсеров, где Горбачев открывал фонд имени Раисы Горбачевой, и они собрали около 2 млн. долларов за вечер. Но русских там было очень мало.

Как вы там оказались?

- Мы с Диной ходили знакомиться с Михаилом Сергеевичем, когда начинали благотворительную работу. Мы приглашали его на наш вечер, но он не смог приехать. В этом году он прислал нам трогательное письмо, где желал нам удачи. Он пригласил нас в Англию, сказал, что можно будет увидеть много интересного. А я чуть не плакала во время этого мероприятия. От того, что английские аристократы даже не задумывались над тем, помогать или нет. Для них это норма - отдавать деньги для чужих детей. Даже не для английских, а для детей из страны, где есть нефть, газ, золото, а они делятся с ними и не задают вопросов: надо ли это делать. Поделиться с теми, кому хуже - для них нормально. В нашей стране было забыто о благотворительности чуть ли не до появления Горбачева, который стал привлекать к этому внимание. И тут же сама идея благотворительности была дискредитирована всевозможными махинациями и нечистоплотностью людей, которые ей занимались.

Сколько вам удалось собрать?

- 400 тысяч долларов. Мы отслеживаем, как они используются. Мы будем проводить такие концерты и надеемся на поддержку наших коллег и зрителей.

 
   
   
 
 

Объявления



Дорогие гости сайта! Если у вас есть старые журналы или газеты с интервью Чулпан Хаматовой, фотографии, старые театральные программки и т. п., или вы знаете, где такие материалы можно найти – пожалуйста, напишите нам: info@khamatova.ru. Давайте вместе сделаем сайт интереснее!

 

 

 
   

 

 

     Сайт является неофициальным.
     Авторы сайта не знакомы с Чулпан Хаматовой и не имеют
     возможности передавать ей какую-либо информацию или получать ее.

     Если Вы желаете сообщить ей что-либо лично, обращайтесь

     на официальный сайт театра "Современник".